Меню сайта

Категории каталога
Азы Православия [23]
статьи пользователей [23]
статьи пользователей
Таинства Церкви [9]
Таинства Церкви
Молодым сердцам [9]
Молодым сердцам
ГРЕХОВНЫЕ СТРАСТИ И БОРЬБА С НИМИ [18]
ГРЕХОВНЫЕ СТРАСТИ И БОРЬБА С НИМИ по учению преподобного Иоанна Лествичника
"ТРЕЗВЕНИЕ" [5]
Апологетика [4]
Апологетика
Как я пришел к Богу... [4]
Личные рассказы разных людей о их воцерковлениии

Мини-чат
200

Наш опрос
Используете ли вы пиратское ПО?
Всего ответов: 39
Яндекс цитирования

Главная » Статьи » Молодым сердцам

Советы девушке христианке
СОВЕТЫ ДЕВУШКЕ ХРИСТИАНКЕ
  Как достичь смирения? Чаще входи в себя: считай себя хуже всех. 
  В какой бы грех ни впал ты, кайся, и Господь готов принять тебя с распростертыми объятиями. 
  Будь во всем как дитя: и в вопросах веры, и в вопросах жизни. 
  Следи за собой. Хочешь жить духовной жизнью, – следи за собой. Каждый вечер просматривай, что сделала хорошего и что плохого, за хорошее благодари Бога, а в плохом кайся. 
  Когда тебя хвалят, а ты замечаешь за собой разные недостатки, то эти похвалы должны ножом резать по сердцу и возбуждать стремление к исправлению. 
  Относительно нечистых помыслов будь осторожнее. 
  Замечаешь поползновение ко греху, положи два поклона Владычице с молитвой: "Пресвятая Богородице, молитвами родителей моих спаси меня грешную". Дух родителей твоих сольется в молитве с духом твоим. 
  Евангелие надо читать внимательнее. 
  Так как молитва "Отче наш" есть сокращенное Евангелие, то и подходить к ней нужно с должным приготовлением. 
  Постясь телесно, постись и духовно, не дерзи никому, а особенно старшим, этот пост будет выше телесного. 
  Трудись над воспитанием своих младших братьев и сестер; влияй на них примером и помни, что если в тебе есть какие недостатки, они их легко могут перенять. А Господь потребует отчета в этом деле. 
  Делать добро есть наш долг (против тщеславия). 
  Непосильных подвигов брать на себя не должно, но если на что решился, то должен исполнять во что бы то ни стало. В противном случае раз не исполнишь, другой, третий, а там будешь думать, зачем ты и делал–то это, так как это совершенно напрасно (стойкость в добром, без чего невозможно возрастание духовное). 
  Никогда не обращайся с Евангелием так, как с гадательной книгой; а если явятся какие-нибудь важные вопросы, посоветуйся с более сведущими людьми. А то у меня тут была учительница, так и она записочки к иконам кладет. 
  К чтению Евангелия надо подходить с молитвенным настроением. 
  Построже, построже в духовном посте; то есть учись владеть собой, смиряйся, будь кротка. 
  Когда видишь вокруг себя что-нибудь нехорошее, посмотри сейчас же на себя, не ты ли этому причина. Когда нападают на тебя нехорошие мысли, особенно в храме, представь себе пред Кем ты предстоишь или открой свою душу и скажи: "Владычице, помоги мне". 
  Если, прикладываясь к образу, смущаешься какими-нибудь (маловерными и др.) помыслами, молись до тех пор, пока они не исчезнут. 
  Надо считать себя хуже всех. Хочешь раздражиться, отомстить или другое что сделать, скорее смирись. Мы должны спасать себя и других. Строже следить за собой, а к другим быть снисходительнее, изучать их, чтобы и относиться к ним так, как требует того их положение, характер, настроение; например, нервный человек и необразованный человек, а будем требовать от одного спокойствия, от другого – деликатности или еще чего-нибудь, так это будет безрассудно; и мы должны строго следить за собой. 
  Ежедневно, как матери, кайся в грехах твоих Божией Матери. 
  Какое мы имеем право презирать других?.. 
  Надо ведь быть умереннее в еде, а то чревоугодие вредит пищеварению. Даже воды нужно употреблять умеренное количество. 
  Если появятся маловерные помыслы, особенно перед причащением, скажи сейчас же: "Верую, Господи, помоги моему неверию". 
  Относительно письменной исповеди. Недостаточно того – перечислил все грехи и конец, и ничего не получилось; а нужно, чтобы грех опротивел, чтобы все это перегорело внутри, в сердце, когда начнешь вспоминать... и вот тогда-то уж грех будет противен, и мы уже не вернемся к нему, а то тут же и опять за то же. 
  – А если забудешь? 
  – А если что больно, того не забудешь, где у меня болит, тут я и укажу. 
  Всегда надо говорить правду, а если принуждают сказать ложь, то надо поговорить с человеком и повернуть дело так, чтобы спасти того, кто заблуждается, заставляя это делать; например, я никогда не лгал и лгать не буду, а если тебе так нужно, то я, пожалуй, сделаю это, только если возьмешь это на себя и т. п. 
  Не надо осуждать других; в чужом доме, если подадут скоромное в постный день не надо пренебрегать и отказываться. А дома можно восполнить этот пробел усилением телесного поста, а главное – духовного, то есть не раздражаться, не осуждать и прочее. 
  Во всем надо так поступать: вот что-нибудь нужно сделать – сейчас вспомни, как бы тут поступил Иисус Христос, пусть это будет для тебя руководством во всем. Так постепенно все нехорошее, греховное будет отступать от тебя. 
  Ничего не благословляю говорить о других такого, что может о них распустить нехорошую молву; а назидательное, полезное – долг наш говорить. 
  Живешь больше умом, мыслью, плохо развито сердце, нужно развивать его: представляй себя на месте других. 
  Если бы так легко было спасаться, так давно мы все были бы святыми. 
  К окружающим нас мы должны относиться со всяким вниманием, а не небрежно, тогда и Господь, видя это, и нам окажет внимание. 
  В храме подальше становись от тех, которые любят разговаривать. 
  Твердости воли нет у тебя, а теперь-то и нужно развивать твердость воли. (Была сильная голодовка.) 
  Воскресший Господь требует нашего воскресения. 
  Не смей, не смей гордиться, гордиться нечем, сотую долю видишь за собой, а девяносто девять не видишь. 
  Нехорошие мысли нападали... мало молилась, наверное. Гнать их надо. Как только начнутся мысли нехорошие, если одна, начинай молиться, а если не одна, бери какую-нибудь книгу серьезную или начинай какое-нибудь дело. 
  Легкомыслие пора отбросить, надо относиться ко всему серьезно. 
  Поставь строгий порядок у себя во всем: такое-то время – заниматься, в такое-то – читать и т. д. Если пойти нужно куда, отчего не пойти, почитать – отчего не почитать, а так чтобы во всем был порядок. 
  Батюшка находил в этом что-то нужное, необходимое. Живя в семье, хотя мне никто ни в чем не препятствовал, я не умела уложить себя в какие-то рамки, не умела установить этого порядка. Встречные препятствия заставляли отступать, а главное, не видела я сама в этом установлении порядка чего-то необходимого, в то же время хотелось, чтобы батюшка сам дал мне какое-либо дело, чтобы мне нести какой-либо (внешний) "подвиг", и просила об этом батюшку. Сначала он ничего не ответил, а когда спрашивал, установила ли я у себя в жизни порядок, отвечала, что никак не получается. Он молча выслушивал, не упрекал никогда, а на просьбу дать мне "подвиг" ласково заметил: "Да вот я тебе говорю – установи порядок, а ты мне все говоришь, что я не могу". Только тут открылись у меня глаза, и я увидела в своем легком отношении к этому слову батюшки непослушание, несерьезность; не придавала я особого значения простому и, казалось, вскользь сказанному, "странному" требованию порядка. Он же, оказывается, смотрел на это как на своего рода подвиг для моего характера. И после опять батюшка напоминал об этом очень серьезно. "Порядок установи непременно... А то я вон раньше тоже принимал всех всегда, а теперь меня заставили сократить прием, так я сам вижу, как я много сделал". 
  – Надо маму успокаивать, не доводить до нее ничего. Почтительность к ней есть первая обязанность. И каждый вечер непременно проверяй себя. Ну, уж если провалишься, то положи три поклончика Божией Матери, проси у Нее прощения. 
  Мысли нехорошие гони чтением, труд физический тут нужен. Представляй себя на Голгофе, вот крест пред тобой (батюшка протянул руки в стороны)... кровь течет... Говори мыслями: духовный отец, мол, мне не велел вас слушать. 
  – Очень много вижу в себе гадкого. 
  – А вот жизнь нам для того и дана, чтобы все это из себя выгнать. 
  – Кажется, что милосердие Божие скоро кончится... 
  – Милосердие Божие неизреченно. 
  – Батюшка, я хотела сегодня не причащаться. 
  – Почему, ты ведь исповедывалась? 
  – Так, я очень нехорошая... 
  – Ну, это не твое дело... 
  – Батюшка, мне хочется быть кроткой и смиренной. 
  – А кто же тебе не велит?.. 
  – Батюшка, можно мне сегодня не причащаться? 
  – Почему? 
  – Так, сердце очень нечисто. 
  – А когда оно у тебя будет чисто-то? 
  – Нехороший сон видела... 
  – Это бывает от неумеренности в пище, от пустых разговоров; а так как это у тебя всегда бывает, то ты всегда себе и жди этого... Как проснешься, сейчас же вставай, не накрывайся одеялом. То, за что взялся, нужно делать во что бы то ни стало. 
  – Как держаться золотой середины, чтобы не быть угрюмой и излишне веселой? 
  – Когда видишь, что около тебя человек унывает, придешь, например, к ... видишь, что она нос повесила (батюшка пальчиком слегка ударил мне по носу), тогда надо взять себя в руки, быть веселой, ободрить другого, а если идет все гладко, то надо говорить о серьезном, а не болтать; вообще заботиться о пользе других и делать все на пользу другим; и не только дела так располагать, но и слова; если, например, видишь что все говорят, ну, давай, мол, я и скажу, а это что же?.. Прежде чем сказать, нужно подумать, Христа можно вспомнить, как бы Он тут поступил, и потом, как совесть твоя говорит, так и делать и говорить; вот и будет золотая середина. 
  На пасхальной седмице не надо читать Псалтири, а вместо вечерних и утренних молитв полагаются часы. "Когда же оканчивать чтение Псалтири?" Батюшка с улыбкой неуверенно заметил: "Кажется, в среду заканчивается Псалтирь..." (Знаток устава; так велико было смирение батюшки.) 
  Все чтобы было по порядку, и для еды должно быть определенное время, а если ты поздно пришла и тебе хочется есть, то, конечно, можно, ешь сколько там тебе надо. А вообще, чтобы был порядок. 
  Человек, истинно любящий, забывает себя совершенно, забывает, что он существует, он думает только о том, как бы другого-то спасти. Надо стараться, чтобы не только действиями, но и даже словами не соблазнять другого. 
  Изволь, изволь бывать в церкви. 
  (На то, что нет времени для чтения.) "Ну это ты что-то там... а вот я тебе вменяю в обязанность читать..." 
  Причащаться можешь каждую неделю, только воздерживайся от главного греха. 
  Знаешь свой долг, и нужно его спокойно и твердо исполнять. "Иисусову молитву" читать нужно. Как о любимом предмете всегда человек думает, так и о Господе должен он думать и носить Его в своем сердце. 
  – Как приобрести любовь к Богу? 
  – Чаще надо вспоминать, что сделал для нас Господь и что Он делает. Все, и житейские дела, надо освящать Христом, а для этого "Молитва Иисусова". Как хорошо и радостно, когда солнышко светит, точно так же хорошо и радостно будет на душе, когда Господь будет в сердце нам все освящать. 
  Часто бывает хорошо и чувствуешь, что прямо идешь, потом вдруг исчезает такое настроение, и никак не попадешь на него. 
  – Ну хорошо, хорошо... значит, и заснешь под это хорошо. 
  Под понятием "заснешь" батюшка имел в виду всегда потерю трезвения и духовной бодрственности над собой. 
  Как-то за всенощной буря всевозможных самых противоположных мыслей и чувств волновала все мое существо; подхожу к праздничной иконе (за каноном). Батюшка помазывает елеем, вглядывается и шепотом, неуверенно спрашивает: "Спишь, никак?". 
  Надо помнить, что если Господь всегда смотрит на меня, ведь Он все знает, так как же я поступлю против Него. 
  Иногда жаждешь всей душой соединения с Господом в таинстве святого Причащения, но останавливает мысль, что недавно причащалась... 
  – Это значит – Господь касается сердца, так что тут уже все эти рассуждения не уместны. 
  Думается, нужно установить порядок жизни: спать рекомендуется семь часов в сутки (я спала не больше пяти-шести часов), ну, если встанешь в семь часов – значит, отсчитай семь часов назад и ложись так уж; а то это влияет на здоровье. Позже я обратила внимание на то, что строгий, раз установленный порядок жизни держали все подвижники, с древнейших до новых, и все монастыри. 
  – Трудно прожить без греха, когда бывают такие лишения в жизни (была голодовка). 
  – Ну зачем, не греши... 
  – Унываю, батюшка. 
  – Унывать не надо, вспомни, как говорится: "уны во мне дух мой", а дальше "помянух дни древний, поучихся...". Так и ты вспомни все и утешься. 
  Что думаешь о себе много, горделива; а знаешь, кто много о себе думает, тот, значит, нехорошо живет... А ты себя любишь, так уж люби себя, как следует. 
  Пришла ко мне ревность научиться "Молитве Иисусовой", просила батюшку научить. 
  – "Молитва Иисусова" – серьезное дело, чаще надо думать о том, Кто для меня Иисус. 
  Если кто-нибудь будет говорить о других плохо, да еще в церкви, нужно просто ответить, что я, мол, сама грешная, что мне еще на других смотреть. В церковь ходим не для разговоров. 
  Ревность научиться "Молитве Иисусовой" сжигала меня. 
  – "Иисусова молитва" – серьезное дело. Надо постоянно иметь пред собой Господа, как бы ты находишься перед каким-нибудь важным лицом, и быть как бы в постоянной беседе с Ним. Тут уж у тебя будет состояние приподнятое. 
  В пище умереннее надо быть. 
  Чем нам с тобой гордиться?.. Грехами?.. 
  К родителям, если есть у них какие недостатки, надо относиться снисходительнее. 
  – Батюшка, бывает, что утром проспишь, а встанешь, скорее бежишь к обедне, и уже дома не молишься... 
  – Ну уж если так, в церкви помолишься, но порядок должен быть во всем. 
  Если кто в церкви будет разговаривать или спрашивать о чем,– скажи на меня и не отвечай. 
  Непременно утром и вечером надо молиться. 
  Перед чтением Евангелия перекрестись и скажи: "Господи вразуми меня, дай мне понять, что тут есть"; и после этого бывает, что нечаянно находит как бы какое осенение и начинаешь понимать смысл того или другого; и вот тогда надо взять и записать эти мысли. 
  Установи порядок во всем... С мамой будь хорошая, с сестрами не ссорься, тетю не обижай. Ну вот пока и будет с тебя, а потом мы еще что-нибудь возьмем. 
  Порядок чтобы у тебя был во всем... У меня тут был один немец, а у немцев знаешь какой порядок во всем, так вот он и рассказывал: были у него там гости... а у него был такой порядок: как десять часов, так чтобы все были по местам. Вот подходит время спать ложиться, он и объявляет, что через десять минут огонь будет потушен. Но все подумали, что он шутит, никто не обратил на это внимания. Вдруг, смотрят – темно... А я его спрашиваю: "А как же гости-то?" – "А как хотят,– говорит, – если они такие беспорядочные". Вот хоть он и немец, а поучиться у него есть чему. 
  Мысли нехорошие гони, а какие появятся, тащи их за ушко, да на солнышко. (Батюшка потянул меня за ухо.) Строже будь к себе (разговор шел о воздержании в пище, батюшка был очень серьезен), все спишь, смотри не проспи. Молиться надо по-детски, с твердой верой. Ну подожди, вот я тебя за это на свободе – за уши. 
  Лишнее поела – значит нет у тебя никакой разумности, когда даже и лишняя чашка воды может нас возбуждать. 
  Отца духовного не слушаешься – значит нет у тебя преданности к Богу. Я тебя молю, ради Бога, следи за собой... ради Бога, будь внимательна... Царствие Небесное нудится, и только употребляющие усилия восхищают его, а ты палец о палец не ударишь. 
  – Батюшка, иногда бывает так тяжело, что хочется к кому-нибудь пойти и заплакать. 
  – Нет уж, у тебя есть одна помойка – отец Алексей, ты в нее и вали все, а другим не надо. 
  – Чем отличить пост от обычного времени, ведь теперь почти все одинаково: и пост и нет поста, совсем не чувствуешь поста? (была голодовка). 
  – Усилить духовный пост. 
  – Да этот пост всегда должен быть? 
  – Очень хорошую мысль ты провела, да где уж нам всегда-то, а тут тебя будет мучить, что, мол, я что-то не делаю и скорее будешь поступать как надо. 
  Страсти, если хочешь, истребляй сейчас же, а то поздно будет. У меня была тут одна дама, так у нее страсть – взять чужое; она мне со слезами говорила, что была в одном доме и вот ложку серебряную увидела и, когда все ушли, она ее взяла. Теперь мучит это ее, а с собой справиться не может, в привычку у нее это вошло. 
  – Батюшка, говорят "Иисусову молитву" нужно читать не только с любовью, но и со страхом, а я страха никакого не чувствую. 
  – Со страхом... а ты подумай, что тебе Господь дал и дает, а ты Его чем благодаришь?.. Светло смотри вдаль, не надо уныния. (Отпуская с исповеди.) А ты старайся, чтобы я тебя мог не только за уши вытягивать, да на прежнее место ставить, а и каждый раз немножко повыше. 
  Считай себя хуже всех – да и так ты хуже всех. 
  Спите вы все, а теперь время исповедническое. Может быть, и мне придется... Я-то готов, а вы-то, что тут будете делать?.. (Тревожное время.) 
  – Что же теперь делать-то, батюшка? 
  – Ну я думаю, Бог милостив – ничего, а для этого нужно молиться побольше, да самим получше быть. 
  Будь хорошей, вот с нынешнего дня. Сегодня Марии Египетской, ты хоть и не египетская, ну все равно. Так вот с сегодняшнего дня и начинай, а я за тебя буду молиться, чтобы Господь тебе дал память смертную. Будь хорошей опорой маме, руководительницей сестрам, вон сколько я тебе послушаний-то дал. 
  – Батюшка, читаю молитвы, но это все как-то без души.– Батюшка промолчал, а я повторила то же. 
  – Да читай внимательно, без какой там еще без души, по-толстовски, что ли?.. 
  Раздражаться не стоит, не стоит... Желай счастья всем и сама счастлива будешь (против зависти). 
  (Против вопросов на исповеди по книгам.) У меня тут один рассказывал, что он прочел какой-то грех в книге и не понял, что это такое, и вот начал все делать, чтобы узнать как-нибудь что это такое; покупал книжки разные, читал. Наконец, понял и сделался поклонником этого греха. Так что я этих вопросов не одобряю; не знаешь и не надо. 
  Когда бываешь в чужом доме и подают на стол что-либо скоромное, не следует отказываться и тем осуждать других. У меня отец был близок к митрополиту Филарету и вот было так; митрополит Филарет часто бывал у одного там... Раз пришел как-то, застал обед, а пост был, хозяин сконфузился, не знает как быть – пост, а у него курица что ли там... А митрополит подошел к столу и сам попробовал все... Вот как они поступали. 
  – Иногда по уставу не полагается класть земные поклоны, например, до Пятидесятницы и в другие праздники? 
  – А на это я вот что скажу: иногда чувствуешь, что и на икону-то, на Лик Господа смотреть недостоин, как тут не положить поклона; я вот, например, не могу не поклониться в землю когда поют: "Поклонимся Отцу и Сыну и Святому Духу..." (всенощная под воскрес). Не воздержаться – не грех, а поклон положить – грех?..

* * *
  После моего сокращения на службе мне была дана рекомендация на другую службу. 
  На мой вопрос, нужно ли мне снова поступать на службу, батюшка, шутя, ответил: "Ну что же, сходи". 
  Чувствуя, что нет на это благословения батюшки, я медлила. Прошло так с месяц, не больше. Я почувствовала беспокойство,– решила добиться от батюшки категорического ответа – как же мне, наконец, поступить, брать службу или нет. 
  Долго не давал мне ответа батюшка, упирая на мое личное, желание, а я, со своей стороны, на его благословение. "Вот что,– наконец сказал он мне,– а помнишь, как ты рвалась со службы в церковь? Попадешь в большое учреждение и замотаешься совсем. Здесь ведь тебе было покойно служить. А теперь вот что тебе скажу: служи Господу". 
  Болела душой и за наше крикливое пение. Пришла к батюшке поведать ему свою скорбь. 
  – Манюшка,– сказал мне батюшка,– знаю твое состояние, как тебе хочется петь: по будням-то открою окошечко и слышу, как ты поешь: "Хвали душе моя Господа, благослови душе моя Господа; пою Богу моему дондеже есмь". 
  Вздумалось нам с Зиной поподвижничать: без благословения батюшки решили мы на первой неделе Великого поста самовольно начать свой пост – перейти на хлеб и воду не более двух раз в день. В таком посте прошла у нас вся первая неделя. На следующей получила я духовное испытание от батюшки, которого долго не могла распознать. Случилось это так. 
  Во время литургии Преждеосвященных Даров должна я была петь "Да исправится молитва моя", а я капризничаю, не хочу петь. Пожаловалась тогда на меня батюшке сестра. Сильно разгневался он на меня: выходя из церкви, при большом стечении народа, на лестнице, махая ручками и возмущаясь, пробирал он меня. Не сознавая своей вины, я сначала отнеслась к этому спокойно, а через некоторое время батюшкин гнев начал передаваться мне, да еще тут кто-то шепнул мне: "Попроси прощения. Поклонись батюшке". Слова эти вызвали взрыв негодования в моей душе. Не дождавшись конца выговора, стремглав помчалась я в свою комнатку с мыслью забрать свои вещи и уйти к своим. Несмотря на уговоры сестер не уходить без благословения батюшки, я всем существом сопротивлялась. Но когда приступила к сбору вещей, то почувствовала, что силы меня оставляют, и я беспомощно опустилась на постель. Батюшка на меня сердит, от дома отстала совсем. Что делать – не знаю. 
  Спустя несколько минут прибегает ко мне одна из сестер, зовет как можно скорее идти к батюшке, а я сопротивляюсь, не хочу, да и только. Сестра же начинает настойчиво требовать, чтобы я шла к старцу. И только после долгих уговоров, с чувством гордости и отчуждения, без желания поведать ему свою обиду, с тем, чтобы только его выслушать, решила я, наконец, пойти. "Давай ее сюда",– услышала я веселый голос батюшки, когда ему доложили, что я иду. Подхожу к нему; батюшка садится в кресло и, взяв меня за руку, спрашивает: "Ну, что скажешь". 
  В первую минуту я не знала что ответить, стояла молча. "Глупыш, глупыш, – поглаживая меня по голове, говорит батюшка,– я думал, что ты большая у меня, а ты все еще младенец. Вот смотри,– весь оживившись продолжает батюшка,– на лестнице-то кто кричал". Немного помолчав, добавляет: "Ведь Семенова, а не ты".– "Да, батюшка".– "А ты что делала?" Я молчу. "Наклонила головку,– добавляет батюшка,– и сказала: "Батюшка простите".– "Так вот слушай же. Я знаю, ты потверже духом, я на тебя и закричал. Попробуй, закричи на Семенову. Закричишь, пожалуй она и убежит. А ты-то от меня не уйдешь. Так и на лестнице, – развел батюшка ручками,– попробуй, закричи на них, они все и разбегутся. А ты все на себя приняла, глупыш". 
  Выслушав батюшку, я попросила у него благословения пойти домой, в душе же не было полного примирения с ним. 
  – Никуда, Манюшка, не ходи,– сказал мне батюшка на прощание.– Ляг в постель, усни, успокойся. А потом, что у вас там,– просфоры что ль? Помоги. 
  Так я и сделала, пришла, легла, уснула, успокоилась. Проснувшись, пошла делать просфорки, а в душе все еще был какой-то осадок, все никак не могла простить нанесенной мне обиды. Несколько дней не подходила я к батюшке, пока он сам не позвал меня: "А, Мария Тимофеевна, здравствуйте",– глубоко, вздохнув, пошутил, батюшка. С чувством гордости, все еще меня не оставлявшим, подошла я к нему под благословение и с неестественной улыбкой молча вышла. 
  Почувствовав в себе борьбу двух сторон души, я не знала, как приступить мне к исповеди. Строго принял меня батюшка на этот раз. И при первом же сознании в моем грехе начал снова меня пробирать. Теперь я ясно почувствовала, что гнев батюшки был всецело направлен на меня. Отойдя от батюшки, я стала к иконе святителя Николая и тут ясно и искренне почувствовала себя виноватой. В слезах, с сознанием своего ничтожества, полная преданности и любви к батюшке, подошла я вторично на исповедь. "Манюшка, ну дай Бог, чтобы ты хорошая у меня была",– обнимая мою голову и прижимая ее к груди, целуя, говорит батюшка. 
  Придя домой и взяв книжку о преподобном Серафиме, я поняла, что, блюдя пост телесный, плохо провела пост духовный. Горько и долго я плакала. Случай этот заставил меня с особенным вниманием обернуться к своей душе, и на меня стал нисходить все больше и больше мир душевный. 
  Торжественно встречали мы батюшку на беседе. Пропоем "Достойно", усадим его, расположимся вокруг и запоем стих: "Господи помилуй, Господи прости" или еще какой другой. Начнет, бывало, батюшка раздавать конфеты; берет и говорит: "Вот этого жука – Надюшке-сычевке, а вот этого таракана – Танюшке-Рухольному, бабочку – Зинке-Маронке, а клопа кому? Вере – дам". То же и с луком от селедки: кому месяц, кому пол-дугу. Когда я сиживала рядом с батюшкой, поил он меня из своей чашки. Мне не хочется, а он все: пей да пей, подливает и подливает. Часто я садилась на полу, около его ножек. Вот как-то ласково замечает батюшка, смотря на меня, осторожно прикасаясь ручкой к моей голове: "Предо мной сидит нежное существо, воск,– что угодно, то из нее и сделай. Да я и сам-то боюсь до нее дотронуться: того гляди развалится". 
  Расположение ко мне многих сестер, с полной доверчивостью открывавших тайники своей души, заставило меня глубоко задуматься и обратиться к батюшке с просьбой: разъяснить мне, как принимать такое расположение: посылать сестер к нему или просто с любовью выслушивать. 
  – У, какая Манюшка-то старица стала,– посмеялся надо мной батюшка и, стуча пальчиком по столу, с серьезным видом добавил: – Так вот что, Манюшка, я тебе скажу: с этих пор я с тебя на исповеди строго спрашивать не буду. 
  Прихожу к батюшке на исповедь с записью грехов. Прочитав все и разорвав, батюшка велел бросить запись в печку, которая топилась в его же комнатке, спуская головку с постели и указывая пальчиком: "Манюшка, смотри, какое яркое пламя-то, как твои грехи-то горят". 
  Прошу что-то у батюшки и называю его "дорогой, миленький батюшка", а он наклоняется и таинственно и протяжно говорит: "Постыленький". 
  Стоим мы несколько человек у батюшки в столовой у стола. Тихонько подкрадывается ко мне батюшка сзади, быстро надевает на меня соломенную шляпу со словами: "Смотрите, какая схимница-то". С меня надевает на Наташу, и все мы вместе с батюшкой смеемся без конца. 
  На вопрос, как мне молиться, батюшка ответил: "Встань с птичками, уйди в лес, там помолись. Природа близко стоит к Богу. Каждый шорох листочка, колебание каждой травки – все славит Бога. Преподобный Серафим всегда находился среди природы, там и молился". 
  Последнее время батюшка почему-то особенно радовался за меня, благодарил и говорил, что он теперь спокойно умрет. Приду к нему в сокрушении о грехах своих, а батюшка замашет ручками: "Ну какие там грехи-то у тебя, мы с тобой совсем безгрешные". Слово "безгрешные" вызывало еще большее чувство покаяния. Накидывая на меня эпитрахиль, батюшка еще раз повторил: "Безгрешные".


Категория: Молодым сердцам | Добавил: hram-znameniya (01.09.2008) | Автор: Священник Алексей Мечев
Просмотров: 824 | Рейтинг: 0.0/0 |
Форма входа

Поиск

Друзья сайта
Поиск
 Искомое.ru




Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Сайт православного храма в честь иконы Божьей Матери "Знамение" Курской-Коренной © 2008-2009

При использовании материалов сайта ссылка на первоисточник ОБЯЗАТЕЛЬНА!!!
наши спонсоры: